Кем вы видите себя в другой стране?

ВСТУПЛЕНИЕ

Прочитала письмо Ксении и во многом с ней согласна. Она пишет, что молодые жены "на первых порах чаще всего несамостоятельные, этакие бесприданницы". А почему? Мне кажется, это происходит потому, что они просто не знают с чем они столкнутся в новой стране и не готовят себя к этому. А ведь многим придется искать работу, как-то обосновываться в новом мире. Так почему же еще находясь в России, не попробовать себе помочь? Почему бы не задать себе вопрос: а кем вы видите себя в другой стране?

Милые девушки! Вы молодые, красивые, умные и талантливые. Вы смело можете конкурировать с американцами. Они такие же люди, как и вы. Несколько лет подряд я помогала вновь прибывшим искать работу, и могу смело вас заверить: работу находит настойчивый. И дело даже не в возрасте (хоть это очень важный фактор). Сколько раз мне приходилось встречать довольно не старых людей, которые даже не попробовав, заведомо знали, что они не выучат английский, не научатся водить машину, не смогут ..., не разберутся ..., не поймут. Так же встречала я людей, которым было далеко за 50, но которые своей настойчивостью назывались "Все зависит от нас самих".

Когда я приехала в Нью-Йорк, некому было помочь. На своих ошибках я строила свою карьеру. И если мои зарисовки вам понравятся - пользуйтесь, я буду рада. Есть вопросы - задавайте.

И вот что меня еще волнует. А почему эти мужчины ищут русских женщин? Что в Америке нет элегантных женщин? Есть. Все мои подруги американки прекрасно одеваются. Другое дело, что они по улицам не ходят и общественным транспортом в основном не пользуются, но это отдельный вопрос.

Я понимаю, если, допустим, русская и американец (или наоборот) встречаются в колледже, в клубе, в библиотеке и т.д., полюбят друг друга, поженятся. Это прекрасно. Я сама знаю такие пары. Живут душа в душу. Одна из моих лучших подруг рассказала историю о том, как на следующий день после свадьбы ей пришлось розыскивать рецепт винегрета, после того, как на вопрос: что приготовить на обед - ее русский муж ответил: "Винегрет".

Но если американец ищет только русскую ... Почему? А если мужчина ищет, как пишет Ксения "постирушку, убирушку, на все руки мастерушку", то готовы ли вы к этому? Но, быть может это просто жизнь сделала меня такой подозрительной?

ЧАСТЬ 1

Каждый видит Америку своими глазами. Каждый имеет свое мнение. Кто-то любит, кто-то не может понять и принять. Я думаю, проблема не в Америке, проблема в характере и личных качествах самого человека, в его взгляде на жизнь, в его желании, настойчивости и умении. Это мой взгляд, взгляд человека, родившегося в бывшем союзе, приехавшего легально в Нью-Йорк и поднявшейся без всякой (кроме Всевышнего) помощи до уровня среднего класса. Для себя я установила ряд законов, которые стараюсь не нарушать. И если кому-нибудь мой опыт поможет, я буду искренне рада.

Прожить в Америке (я имею в виду США) можно на очень небольшие деньги. Моя тетя например, умудряется прожить, получая $600 в месяц, правда, имея квартиру по 8 программе, что означает для нее очень невысокую оплату, где-то в размере 100 долларов. Это все прекрасно. Но... только до тех пор, пока вы не открываете рот и не говорите "Я хочу". Ибо как только вы произносите эти слова, картина резко меняется. Хотеть можно разное. Но независимо от того, что вы хотите: собственный дом в престижном районе, дорогую машину, дизайнерскую одежду, красивую (я уже не говорю умную, за это надо платить дополнительно) любовницу, личный самолет, яхту - перечислять можно до бесконечности - вам нужны деньги. И чем больше желаний, тем больше надо денег. В Америке за удовольствия надо платить Хорошо, если есть кому за вас платить. Ну, а если некому - тогда выход один: деньги надо заработать.

Приехав 11 лет назад в Нью-Йорк я очень быстро поняла эту прописную истину. И я встала перед выбором. Что делать? Вообще хочу сказать, что одним из условий выживания нового эмигранта является умение сделать правильный выбор. Выбор вообще сделать тяжело, особенно выходцам из бывшего союза, за которых все все решали. Мы просто это не привыкли и не умеем делать. И что самое страшное - только время покажет, был ли этот выбор правильным, зачастую, когда уже потеряны средства, время, усилия.

Так вот. Друзей у меня не было, знакомых тоже. Спросить, посоветоваться не с кем. Как грибы после дождя в Нью-Йорке расцвели разнообразные курсы: английского, бухгалтерские, диетологов и так далее. Проторенная дорожка эмигрантов: сначала оформить велфер (это денежная помощь государства неимущим), курсы, потом ... другие курсы, а потом неизвестно что. И в этот момент мне повезло. В соседний дом хотела въехать одна русская семья. И поскольку они вообще не говорили по-английски, а я пыталась хоть как-то рот раскрывать, они попросили меня помочь им в переговорах с хозяином (лэндлордом) дома. И я согласилась.

Тут я должна сделать небольшое отступление и рассказать об этом человеке. Лэндлорд соседнего дома был американец итальянского происхождения, очень импозантный человек лет 50, с прекрасной фигурой и фотографиями красивых женщин, облепивших все стены его офиса. Мы часто сталкивались с ним на улице, мило улыбались друг другу, я пыталась разговаривать в меру своего незнания английского, чувствовала, что нравлюсь ему, и радовалась новому знакомству. Вообще, я обратила внимание на одну странность: я нравлюсь итальянцам, и они даже признают меня за свою, правда до тех пор, пока я не раскрываю рот. Может быть мое 10 месячное пребывание в Италии наложило на меня какой-то отпечаток, но я всегда нахожу общий язык с итальянцами, чего не могу сказать о китайцах, в отношении с которыми я потерпела полное фиаско, но об это позже.

Итак, "Где вы работаете?" - спросил спокойно мой знакомый. "Мы получаем велфер",- точно также спокойно перевела я и вижу, как меняется лицо этого человека. Это уже было не спокойствие, это был ураган эмоций. Кажется все краски, все оттенки красного, желтого, зеленого и синего отразились на лице моего итальянца. "Велфер?", - с нескрываемым омерзением кричал он почему-то на меня. ... "И ты на велфере? Да ты знаешь, кто получает велфер?" - с трудом в этом крике я разбирала новые для меня слова. "Велфер получают наркоманы, алкоголики и бездельники!!! Велфер не для тебя. Ищи работу!" ...

Вот так был мною получен первый урок в Америке: любыми путями надо избегать велфера, ибо ни один уважающий себя американец не подаст руки велферщику. Американское общество жестко разделено на классы, и это надо ясно и четко понимать.

И я сделала свой первый выбор: никаких курсов, никакого велфера, я буду искать работу по своей специальности. "Как это ваша Рая не идет на курсы? Она что умнее всех? Или она хочет найти работу без английского?" - с издевкой спрашивали соседи моих родителей. Но у меня перед глазами стояло лицо этого итальянца, и ничто уже не могло изменить мое решение. И я пошла на страшный риск: я оставила семью, и главное своих детей без медицинской страховки. Потом НАЯНА (организация помощи эмигрантам, которую мы получали в течение 5 месяцев после приезда) кончалась, а с ней и страховка. Я не говорю, что я поступила правильно, я не призываю других к принятию таких решений. Каждый из нас делает свой выбор. Это был мой. Но я поняла, если пойду на велфер, моя карьера даст трещину, и трещину эту будет ой как непросто зацементировать. И время подтвердило этот закон:

ЛЮДИ, не имеющие право на велфер, добиваются в жизни намного большего, чем получающие его.

Я не знаю, как это объяснить, но эта нищенская помощь затягивает, ее страшно лишиться. Вроде бы нищенское существование гарантировано, даже медицинская страховка, да и на кэш можно подработать, все вместе вроде бы и ничего, а на работе еще неизвестно что - завтра и выгнать могут. И люди просто боялись. Кстати, я не очень интересуюсь этим, но по-моему положение с велфером сейчас изменилось. Его уже не так легко дают, как раньше.

Принять решение было тяжело, искать работу еще тяжелее. Нужно было составить резюме. И я начала искать работающих химиков среди русских. Несколько человек мне назвали в НАЯНА. "Пожалуйста, помогите мне", - просила я, - "у меня здесь никого нет". Это был крик души. К чести русских должна сказать: никто мне не отказал. Итак, с миру по нитку было написано мое первое резюме, и сейчас по прошествии многих лет, когда оно попадается мне на глаза, мне становится смешно и немножко грустно. Что я могла тогда предложить? Химический анализ металлов ручными методами? И с этим я вышла на рынок. На старенькой, найденной на мусорке пишущей машинке, я по 16 часов в день печатала и рассылала резюме. В конце дня от ломоты болела спина, но не было в газете ни одного объявления, на которое я бы не ответила. И вот чудо: меня приглашают на интервью. Мое первое интервью. Вот захожу я в приемную компании и, так как всю дорогу я от страха просто тряслась, провалилась в глубокое кресло, чтобы хоть немного прийти в себя. А теперь представьте себе такую картину: ко мне подходит сотрудник компании, проводящий интервью и протягивает мне для пожатия руку. Я же судорожно пытаюсь встать с этого идиотского кресла, в которой почти что утопаю, и не могу. То есть, продолжаю пытаться встать, а он, как дурак, стоит передо мной с протянутой рукой. Что вам сказать? Настроение было вконец испорчено, весь английский тут же вылетел у меня из головы, работы у не получила. Отсюда был сделан следующий закон:

Приходя на интервью, садись так, чтобы можно было быстро встать.

Забегая вперед, скажу, что впереди у меня будет еще много интервью, но опыт первого своего я не забывала никогда.

ОК. Немного огорчилась первой неудачей, я продолжила рассылать резюме. А что мне оставалось делать? Не вешаться же в конце концов. И через неделю - другое интервью. Интервью на должность руководителя двух лабораторий. Тут уже я не волновалась. Я была абсолютно спокойна. Руководить лабораториями в большой компании? Без языка? Мне было даже смешно. Но любое интервью - это шаг вперед, и вот я уже открываю дверь новой компании. Большое здание. Красота. Секретарь вводит меня в комнату, где за столом сидит мужчина лет 55, седой, с залысинами. Он встает, протягивает мне руку, улыбается и мне становится как-то очень хорошо рябом с ним. Так впервые я увидела своего будущего босса, человека, которому я стану стольким обязана. Он просмотрел мое резюме и повел меня в лабораторию. Господи, как же эта лаборатория отличалась от моей бывшей, менделеевской. Оборудование - одни компьютеры, которых я в глаза никогда раньше не видела (не забудьте, это было 11 лет назад). "Вы конечно умеете работать на этих приборах?" - спрашивает он. "Конечно", - нагло вру я ему прямо в глаза, ибо терять мне абсолютно нечего - "я все умею". Мы вернулись в его кабинет, и он начал мне рассказывать о компании, задавая мне по ходу пьесы вопросы. Честно признаюсь, я ни слова не поняла из его рассказа, и мне это было и не нужно. Мне надо было не пропустить вопросы и хоть как-то попытаться на них ответить.
- Как вы будете сюда добираться?
- На метро.
- Но дорога занимает более 2 часов в одну сторону. Что вы будете делать?
- Учить английский, говорю я и достаю из сумки большую тетрадь.
- Покажите вашу тетрадь - требует он, и я подаю ему тетрадь.

В школе я была отличницей, почерк у меня прекрасный, тетрадь в образцовом порядке.
- Хорошо - говорит он, - а теперь расскажите, как вы в вашей бывшей лаборатории готовили металл для анализа?

О, Боже, о Боже, ну разве я смогу сказать по-английски "Превращали в стружку". Да я отродясь таких слов не знала. "Мы делали вот так", - я протягиваю ему ладонь, дую на нее, как будто сдуваю невидимую мелкую стружку. Господи, как он хохотал. За все последующие годы я никогда не видела его таким смеющимся. Зато как хохотала я, когда мне позвонили через неделю и сообщили, что я получила работу. Неужели это может быть? А что делать теперь? Как же я буду работать, да еще руководить подчиненными? Я даже не знаю с какой стороны подойти к этим приборам. И тут мой папа сказал: "Раечка, не бойся. Что может быть самое плохое? Так тебя выгонят. Худшего не будет." Так был сформулирован новый закон:

Никогда не бойся браться за любую работу. В крайнем случае выгонят. Худшего не будет.