А КОГДА ПРИШЛО ВРЕМЯ…… (ЧАСТЬ-16)

Мы с Джекки и Вуди стали продумывать план, каким образом мне можно остаться в Америке. Самым оптимальным вариантом мы посчитали замужество с Джефом. Решили нанять адвоката, чтобы он занялся улаживанием всех легальных вопросов, касающихся моих документов. Но я не могла поступить нечестно по отношению к этим светлым людям, и я призналась Джекки, что не люблю его совсем и не хочу делать его жизнь невыносимой. Джекки плакала, Джеф страдал, а Вуди успокаивал меня. На душе у меня скребло как минимум десятка два кошек.

Приближался выпускной. В колледже для нас был снят специальный зал, и заказан огромный торт. У нас с моими хостами был придуман классный сценарий моего выступления.)))) Вся вечеринка проходила довольно-таки скучно, мы фотографировались друг с другом, кушали и выступали с речью. Когда подошла моя очередь, я заранее переоделась в футболку, на которой была надпись «I lived in America», шорты с огромным американским флагом и такую же бейсболку. Выйдя на сцену, я стала благодарить всех преподавателей, хостов и друзей, после чего объявила, что ни в какую Россию я возвращаться не собираюсь. В зале начался переполох. Я попросила еще одну минуточку внимания и показала всем Документ))), называющийся «Adoption of a daughter Paper», где была нарисована маленькая девочка с розовой пяточкой и указаны имена усыновителей, а именно Джекки и Вуди. Все дружно засмеялись. Президент колледжа Лидия с облегчением вздохнула. Потом началось вручение дипломов.
На следующий день мои хосты устроили мне прощальную вечеринку в «Moose», где опять же заказали торт и пригласили всех моих друзей. Мне надарили кучу подарков, все плакали и наматывали сопли на кулак. ))) Я держалась стойко и не проронила ни единой слезинки. Вечером мы устроили праздник у соседей в джакузи. Плескались, выпивали и все тому подобное.

Проснувшись утром в день отъезда, я обнаружила у себя температуру 39, заложенный нос и ломоту во всем теле. Вуди сказал, что это отличная причина, для того, чтобы остаться, но я твердо решила возвращаться домой. Отъезд планировался от колледжа на автобусе до Беллингема, потом самолетом до Сиэтла, от Сиэтла до Цинцинати, а оттуда до Вашингтона, где предполагалось провести еще 3 дня. Джекки рыдала с самого утра, Вуди тоже грустил. А я даже и не думала плакать. Сев в автобус, я выглянула в окно: Джекки билась в жуткой истерике, бросаясь на машину, а Вуди…… он тоже вытирал слезы. Я впервые в жизни видела плачущего мужчину. Мне было жутко!!!!! Накануне я проколола дырку в хрящике уха, и теперь в нем блестела маленькая золотая сережка, подаренная моей американской семьей. По какому-то поверию, сережка должна болеть в случае, если у моих хостов какие-то нелады и неприятности. Она же не просто болела, она дергала и ныла. Автобус тронулся, и вся моя американская жизнь осталась позади…….
Софи говорила, что у меня холодное сердце, что я единственная из всех оставалась спокойной в горькие минуты прощанья. Я не спорила с ней.

Доехав до аэропорта Беллингема, у меня началась истерика. Я просто не соображала, что творю. Я кинулась к близлежащему телефону и просто орала в трубку, что я не хочу уезжать. Но Вуди твердо сказал, что если я не уеду сейчас, меня депортируют, и не будет способа вернуться к ним. Мы решили терпеливо ждать радостного момента.

В Сиэтле наш самолет задержали на 10 часов. Шухрат, улетевший более ранним рейсом, поднял на уши всех, кого мог, в Вашингтоне, так в Сиэтле у него остались девочки, т.е. мы.

Я лежала на скамейки и стонала от боли в теле и от высокой температуры. Наталья и Софи постоянно находились рядом. Во время полета у меня лопнула барабанная перепонка, и в Вашингтон я приехала еще и глухой на одно ухо.

Три дня прошли как в тумане, сопровождающиеся ежеминутными звонками домой, моим Джекки и Вуди.
А когда пришло время расставаться с Софи и Натальей (Шухрат летел со мной до Москвы), я просто боялась умереть от разрыва сердца и так внезапно нахлынувших сентиментальных чувств. Софи, плача шептала мне: «Только об одном тебя прошу, стань хорошей девочкой».

С багажом у меня получился огромный перевес, а денег почти что не было. И опять мне повезло…. Багаж оформили без всяких доплат с моей стороны.

В Москве меня встречал папа, а я не могла никого видеть. Шухрат оставался моей единственной ниточкой, связывавшей меня с Той жизнью, а когда и она оборвалась, я вытирала слезы до самого приземления в Астрахани.

Все так быстро и молниеносно кончилось, что я не успела прийти в себя. А после 2-х дневного сна дома, мне и вовсе показалось, что это был сон. Но сережка в правом хрящике уха давала знать, что это реальность и что мои Джекки и Вуди тоже переживают не меньше меня. И вот тогда я задумалась: А, может, это и не было Большой Жизнью? Может, Большая Жизнь только лишь начинается?
И я с уверенностью зашагала по ее ступенькам ))))).



Продолжение следует ))))
Ведь это еще не конец ))))
Маша,
primadonnochka@hotmail.com